Дональд Трамп выполнил ещё одно предвыборное обещание. Он объявил на этой неделе окончательно: Парижское соглашение по климату невыгодно Соединённым Штатам. За ближайшие 8 лет, подсчитал Трамп, из-за развития «зелёной» энергетики США могут потерять 2,7 миллиона рабочих мест, а ВВП страны лишится трёх триллионов долларов. Чтобы Америке стать great again, надо прекратить это бессмысленное занятие – борьбу за климат, а сэкономленные ресурсы направить на традиционные ценности. Такие как нефть и уголь, по добыче которых США занимают вторые места в мире. Европа приняла это решение Трампа болезненно, но неожиданным оно точно не было.

Парижское соглашение предусматривает меры по борьбе с глобальным изменением климата. Как считают экологи, традиционные «грязные» источники энергии, как уголь и нефть (газ немного чище, но тоже плох), способствуют выбросам в атмосферу углекислого газа, вызывают «парниковый эффект», а с ним – глобальное потепление на планете. Параллельно существует такая же теория, но о глобальном похолодании. Учёные не могут прийти к общему мнению, куда движется стрелка глобального термометра, но едины в том, что с этим надо что-то делать. Глобальное изменение климата, говорят экологи, приводит, в частности, к тому, что в разных регионах земли участились природные явления, для этих регионов нехарактерные. Как, например, недавний ураган в Москве.

До Парижского соглашения с 1997 года существовал Киотский протокол, предполагавший продажу квот на максимальные выбросы СО2 в атмосферу. Россия присоединилась к нему в 2004 году, начала реализовывать в 2009-м. США вообще не ратифицировали этот документ. В 2015 году вместо него в Париже было подписано новое соглашение. Оно предусматривает другой механизм борьбы. Цель – не допустить роста средней температуры на земле больше чем на 2 градуса. А лучше бы вообще на полтора максимум. Для этого ограничить выбросы парниковых газов, развивая технологии по использованию альтернативной энергетики. Солнечной, например, ветряной, биологической. Богатые страны-участницы соглашения должны скинуться на помощь тем, у кого не хватает денег на экологическую борьбу. Подписали Парижское соглашение 197 стран, из них 113 ратифицировали, в том числе – Соединённые Штаты. Этого долго добивался президент Обама. Россия подписала, но не ратифицировала. В ноябре 2016 года Парижское соглашение вступило в силу. Но начаться борьба должна в 2020-м.

В конце мая на саммите G7 президент Трамп объявил, что подумывает о выходе из соглашения. И 1 июня принял окончательное решение, предложив бывшим партнёрам пересмотреть документ – тогда Америка, может быть, вернётся. Партнёры ответили, что это исключено. Почему уход Трампа так болезненно приняли его коллеги, что теперь сделает с Америкой глобальное потепление, а главное – почему это важно для России, «Фонтанке» объяснил экономист, профессор Чикагского университета Константин Сонин.

— Аргумент президента Трампа против Парижского соглашения – оно вредно для американской экономики: закрываются рабочие места, бизнес теряет доходы. Но «зелёная» энергетика – это тоже бизнес и тоже рабочие места. Как в целом отразится на экономике США отказ от обязательств?

– Парижское соглашение предполагает, что правительство берёт на себя обязательства по ограничению эмиссии углекислого газа в атмосферу. Но вы же понимаете, что американское правительство само не выпускает никакого углекислого газа. Это делают, в основном, частные компании. И в тот же день, когда Трамп впервые заговорил о выходе из соглашения, многие частные компании в США объявили, что намерены действовать так, будто соглашение по-прежнему в силе. Они от своих обязательств не отказываются.

— Парижское соглашение предполагало поддержку развития альтернативной энергетики со стороны государства. Предприятиям, о которых вы говорите, эта поддержка не требуется?

– Конечно, президент США имеет довольно много власти, его администрация отвечает за воплощение в жизнь регулирования бизнеса, за администрирование законов. Но огромное количество бизнеса в США регулируется на уровне штатов. И некоторые штаты, в частности – большие, как Калифорния и Нью-Йорк, уже объявили: они в своей части будут соглашение соблюдать. И это очень важно. Калифорния – штат на уровне десятка крупнейших стран мира. То есть огромная часть американской экономики не вышла из Парижского соглашения.

— Тогда на что может повлиять отказ поддержки «зелёной» энергетики на федеральном уровне?

– Что такое поддержка «зелёной» энергетики? Это дополнительные ограничения, связанные с загрязнением окружающей среды. Мы заставляем загрязнителей платить больше, тем самым подталкиваем развитие альтернативных источников. Трамп с первого дня делал обратное: он отменял одно за другим ограничения, введённые Обамой.

— Да, первые же его указы «разморозили» строительство двух нефтепроводов, приостановленное Обамой.

– И это тоже то, из-за чего за Трампа голосовали его избиратели. Эта политика, конечно, приведёт к изменению соотношения сил между «зелёной» и традиционной энергетикой. Да, «зелёная» будет получать меньше поддержки, а старая, уголь и нефть, – больше.

— Как я понимаю, это приведёт к росту добычи нефти, а они и так сейчас на втором месте в мире после Саудовской Аравии. Сегодня, после того как стало известно об окончательном решении Трампа, цена на нефть упала до 49 долларов за баррель. Это связанные вещи?

– Конечно, и это неудивительно. Сами по себе действия США уже понижают цену на нефть. На прошлой неделе тоже было падение. В этой отрасли, видимо, внимательно читают, что происходит в администрации американского президента. События развиваются, а мы продолжаем за этим наблюдать.

— От Калифорнии, штата, где за республиканцев не голосуют и где живут совсем не нефтью, можно было ожидать, что там захотят по-прежнему развивать новые технологии. А что скажет, например, Техас – традиционно республиканский и «нефтяной»?

– Вот если ещё и Техас объявит, что тоже будет вопреки всему развивать альтернативную энергетику, тогда цены на нефть могут повыситься. Но я подозреваю, что он этого не сделает.

— Европе без участия США, наверное, будет сложнее развивать «зелёные» технологии. А значит, ей дольше будет требоваться много нефти. Может ли это сбалансировать ситуацию так, чтобы мировые цены на нефть подросли?

– И Евросоюз, и Китай уже объявили, что будут соблюдать Парижские соглашения. Это значит, что они в большей степени становятся мировыми лидерами. Пожелай они при этом, чтоб мир выглядел так, как если бы США были с ними, издержки у них, конечно, возросли бы. Но такого они не планируют. Они намерены только выполнять те обязательства, которые уже на себя взяли.

— Эти обязательства предусматривают, что экономически развитые страны профинансируют снижение выбросов СО2 в странах бедных. Но из общей «копилки» вышел самый богатый участник, Евросоюзу придётся тратить больше. Может быть, там подорожает альтернативная энергия для потребителей и народ захочет больше российских нефти и газа?

– По Парижским соглашениям американская администрация должна была потратить на помощь бедным странам три миллиарда долларов. Это абсолютно ничтожная сумма и для США, и для Евросоюза. В Европе никто не заметит этих лишних потраченных трёх миллиардов. Зато избиратели Трампа считают, что США тратят слишком много денег из бюджета на помощь разным странам. Трамп об этом много раз говорил. Хотя на самом деле эти расходы для их бюджета ничтожны.

— Отношения с Европой хуже, дома отдельные штаты проявляют строптивость, экономический эффект для США, как поняла, спорный. Зачем это нужно Трампу?

– Дональд Трамп – это такое шоуменское президентство. Его действия, в том числе – выход из Парижского соглашения, очень в большой степени продиктованы внутриполитическими соображениями. Он был рекордно непопулярным президентом в тот момент, когда вступил в должность, и с тех пор его популярность только снизилась. Но среди ядерного электората у него поддержка очень велика. Выйти из международных соглашений, не обращать внимания на то, что происходит в мире, отказаться от мирового лидерства – для ядра его избирателей эта тема очень дорога. К ним он и апеллирует. К людям, голосовавшим за него только потому, что он обещал: мы не будем обращать внимания на весь мир, мы будем заниматься только своими делами.

— За Трампа голосовали не только «реднеки», на которых вы намекаете, но и крупные предприниматели.

– Действительно, Трамп выиграл выборы в числе прочего и на обещании избавить бизнес от избыточного регулирования, введённого президентом Обамой. И с момента вступления в должность у него нет никаких достижений, кроме как в этой области. Тут его администрация добилась хороших результатов. И отмена регулирования в области охраны окружающей среды – очень последовательный шаг. Теперь предприятия «зелёной» энергетики будут получать меньше льгот, соответственно, будет меньше давление на бизнес по поводу загрязнения окружающей среды.

— А на самой окружающей среде это как отразится?

– С одной стороны, мы видим откат в её охране. С другой стороны, надо понимать, в какой степени Америка, как и Западная Европа, стала в этом лидером по сравнению с остальным миром, в том числе – с Россией. Да, США сейчас откатятся до более низкого уровня в экологии. Но нам для того, чтобы до такого же уровня подняться, потребуется лет сорок. А Китаю, может быть, все сто. Давайте смотреть в перспективу. Эти шаги назад со стороны Америки – это коррекция по сравнению с такими же шагами вперёд на протяжении десятилетий.

— Получается, что выход США из Парижского соглашения кардинально ничего не меняет?

– Парижское соглашение предусматривает довольно длительную процедуру выхода. Она длится около четырёх лет. Это означает, что решение о том, выйдут ли США окончательно, будет приниматься на президентских выборах 2020 года американскими избирателями. И если они не переизберут Трампа, то всё, что мы сейчас обсуждаем, просто белый шум.

— Понятно, из-за чего можем переживать мы в России: цены на нефть. Но почему решение Трампа вызвало такую болезненную реакцию в Европе?

– Этот его жест имеет большой символический смысл. Фактически он означает отказ Америки от роли лидера по разным мировым вопросам. Причём отказ сознательный – и отказ, как я уже говорил, обещанный, с ним Трамп выиграл президентские выборы.

— Насколько, по-вашему, это вообще реальная проблема – борьба с глобальным потеплением? Вот в Петербурге, например, 2 июня шёл град. В соседней Финляндии – снег.

– Первое, что я должен сказать: я не специалист.

— Понимаю, но скажите как экономист. Стоит эта борьба тех миллиардов и триллионов, которые в неё уже вгроханы и вгроханы будут?

– Скорее, я бы так сказал: нужно вкладывать деньги в то, чтобы понимать природу изменения климата, изучать этот процесс и способы борьбы с ним, если она требуется. Есть много чётких свидетельств того, что глобальное изменение климата идёт. И что человеческая деятельность вносит в это свой вклад. Лично у меня есть сомнения в том, насколько быстро может идти этот процесс. Если принять, что человечество очень сильно влияет на изменение климата, тогда действительно стоит вкладывать в это очень много денег. Если же считать, что влияние небольшое, то денег можно тратить меньше. То есть, видимо, какие-то действия предпринимать против изменения климата надо. Но при этом – сопротивляться попыткам объявить, что влияние человека на этот процесс доказано, теперь давайте тратить деньги.

Источник