Нанануне Дня Победы Музей Москвы открывает два онлайн-проекта, посвященных Великой Отечественной войне. Выставки «Письмо. 75 слов о Войне» и «Борис и Ольга Игнатович. Два лица войны» рассказывают о днях минувших живым языком очевидцев – через фронтовые письма и снимки военных фотокорреспондентов брата и сестры Игнатовичей. Специально для «МК» кураторы выбрали самые интересные кадры легендарных фотографов и отыскали в архивах истории, с ними связанные.

Ольга Игнатович. Калининский фронт. Под Ржевом. Санитар управляет собачьей упряжкой, которая тянет волокушу с раненым. Ржев, 1942–1943. Фото предоставлено Музеем Москвы.

Пионеры советской авангардной фотографии 1920-30-х Борис Игнатович и его младшая сестра Ольга с первых дней войны оказались на передовой – на Калининском фронте. Они снимали для армейской газеты «Боевое знамя». В их фоторепортажах запечатлены как батальные сцены, так и быт войны – саперные роты, полевые кухни, эскадронные кавалеристы, брянские партизаны, снайперы, разведчики и фронтовые цирюльники. За каждым снимком – целая история. Это не только истории героев войны, но и далеко не всем известные детали, факты и события, которые сделали Победу возможной, а также истории, ставшие следствием, отголоском войны – жизнь «после»… И  о некоторых из них мы сейчас расскажем.

Собаки-санитары

Эта фотография Ольги Игнатович рассказывает о том, что не только люди сражались на войне. Собака – боевой товарищ. Во время боевых действий собаки выступали как разведчики, связисты, санитары. Наконец, они были незаменимы в карауле.

Ещё в 1924 году при Высшей стрелково-тактической школе «Выстрел» в Москве был сформирован питомник военных и спортивных собак РККА для разных целей. В Великой Отечественной войне эти собаки работали и самостоятельно – отыскивали раненых. Собака с санитарной сумкой и лёгкими салазками находила раненого, вылизывая, приводила в чувство, подставляла бок с сумкой, чтобы раненый сделал себе перевязку, а когда он ложился на салазки, начинала вытаскивать его к своим.

Чаще из них формировали ездово-санитарные упряжки. На них раненых вывозили с поля боя, а в обратном направлении доставляли боеприпасы, медикаменты, продовольствие. Одна упряжка высвобождала примерно трёх санитаров.

По всему фронту от Северного до Чёрного моря несли службу около 15 000 упряжек. Они вывезли в тыл около 700 тыс. раненых. Известны случаи, когда на счету собак-санитаров насчитывались сотни спасенных жизней. 

Кроме того, собаки подорвали более 300 немецких танков, доставили более 200 тысяч донесений, обнаружили более 4 млн мин. Всего в РККА несли службу более 60 000 собак.

С 2017 года каждый август в Музее Победы при поддержке РВИО отмечается День фронтовой собаки: 19 августа 1943 года на перегоне Полоцк—Дрисса овчарка-диверсант Дина сбросила на железнодорожные пути вьюк с мощным зарядом, выдернула из него чеку и убежала к своим, став первой собакой, оставшейся в живых после подрыва вражеского эшелона.

Огненное оружие в ранце

У ближайшего бойца в кадре в руках огнемёт РОКС-3 — ранцевый огнемёт Клюева–Сергеева, разработанный в начале 1942 года конструктором НИИ химического машиностроения М. П. Сергеевым и конструктором военного завода № 846 В. Н. Клюевым.

Основным предназначением оружия было поражение струёй горящей огнесмеси живой силы противника в укреплённых огневых точках (ДЗОТы и ДОТы), а также в окопах и ходах сообщения. Огнемёт применялся для борьбы с неприятельской бронетехникой и для поджога строений. Каждый ранцевый огнемёт обслуживался одним пехотинцем. Огнеметание велось как короткими (продолжительностью 1—2 секунды), так и длинными (3—4 секунды) выстрелами. Максимальная дальность метания при благоприятных условиях — 40—42 метра. Одной зарядки баллона с резервуаром хватало на 6—8 коротких выстрелов.

Формировались отдельные роты ранцевых огнемётов (120 на роту), а с мая 1944 года — и отдельные батальоны двухротного состава. Чаще всего рота ранцевых огнемётов придавалась в качестве средства усиления стрелковому полку либо штурмовому инженерно-сапёрному батальону.

Тысячи теней

Одна из самых мирных сцен, какие можно представить в военную пору: мужчины рассматривают машину, свежевымытую, красивую. Стоят на заправочной станции и обсуждают достоинства ее мотора.Однако на дворе весна 1945, март, 20 января закончились бои за город. И позади бензоколонки с уверенным названием Standard остов дома и остов дерева…И неизвестно, какой вопрос страшнее: зацветёт ли это дерево по весне, или что стало с теми, кто до войны жил в том доме? (В 1938 немцы в городе сожгли синагогу, угнали в гетто часть населения, в 1943 устроили концлагерь. На кладбище советских солдат в городе покоятся 6278 военнослужащих. А всего в городе сейчас менее 26 тыс. жителей)… И так за каждой мирной сценой в конце войны стоят тысячи теней тех, кто уже никогда не увидит мира.

История одного моста

Флоридсдорфский мост (Floridsdorfer Brücke) через Дунай был открыт в 1924 году. Он был возведён на месте открытого в 1874 году моста имени кайзера Франца-Иосифа, который перестал удовлетворять требованиям времени. В ночь на 14 апреля 1945 года отступавшие немцы подорвали мост, обрушив в реку его центральный пролёт.

Инженерные войска Красной Армии первоначально возвели деревянную пешеходную дорожку, а с осени 1945 года занялись восстановлением моста. 19 мая 1946 года при огромном стечении народа, в присутствии канцлера Леопольда Фигля, министра иностранных дел Карла Грубера и военного коменданта Вены генерал-лейтенанта Н. Ф. Лебеденко мост был открыт. На торжественном митинге бургомистр Вены Теодор Кёрнер объявил, что восстановленный мост будет называться «мостом Малиновского» (Malinowski-Brücke) в честь маршала, командовавшего 2-м Украинским фронтом, войска которого входили в Вену с севера.

18 июля 1955 года по решению городского Совета по культуре и народному образованию мосту, а также ряду улиц и площадей, переименованных в 1945—1946 годах, были возвращены исторические названия. С карты Вены также исчезли площадь Сталина, улица и мост Красной Армии, улица Толбухина.

В 1978 году рядом со старым Флоридсдорфским мостом был открыт новый, современный. Старый впоследствии был разобран.

 Маршал связи

Перед вами маршал войск связи, нарком связи СССР Иван Терентьевич Пересыпкин (1904—1978). Он стал самым молодым обладателем звания маршала рода войск — в 39-летнем возрасте. Во время Великой Отечественной войны обеспечивал управление войсками связи и обеспечение связью действующей армии. Лично выезжал на фронт 21 раз, непосредственно участвовал в битве за Москву, Сталинградской битве, Курской битве, в освобождении Украины, Белоруссии, Прибалтики. Генерал-лейтенант, затем генерал-полковник войск связи. Награждён четырьмя орденами Ленина, орденом Октябрьской Революции, двумя орденами Красного Знамени, орденами Кутузова I степени, Красной Звезды, «За службу Родине в Вооружённых силах СССР» 3-й степени, медалями.

  Софист – последний конь Буденного

Родившийся в 1945 году жеребец будённовской породы Софист стал последним конём Семёна Михайловича. «Конь чувствовал приближение Будённого, когда тот ещё шёл по двору: не видя хозяина, конь прядал ушами, радостно ржал. Семен Михайлович подходил к своему любимцу, как к человеку, что-то нежное шептал ему на ушко, а тот, положив голову на плечо хозяина, слушал его. Ласково поглаживая голову и шею коня, Семен Михайлович угощал его сухарями или морковкой. Конь, мягко уткнувшись носом в хозяйскую ладонь, замирал, чуть-чуть кося глазом. Потом он послушно и чётко выполнял команды, подавал поочередно ноги, опускался на колени, ходил за своим хозяином, как ребенок за матерью», — рассказывал один из знакомых маршала.

Именно на него Будённый садился в последний раз в возрасте 87 лет. Конь прожил 33 года, пережив хозяина на пять лет. Последние годы Софист жил на Московском конном заводе.

Увидеть Софиста можно и сегодня: он стал моделью для скульптора Н. В. Томского при создании конного памятника М. И. Кутузову, стоящего перед музеем-панорамой «Бородинская битва».

Мария Москвичева

Тэги: Выставки,
Война,
Дети
  

Организации: Музей Москвы
Армия
  

Места: Москва,
Украина,
Белоруссия,
Курская область
  

Источник: mk.ru