Почему именно Казань стала вторым городом, где откроется «Школа 21»? Какие требования предъявляют к участникам проекта? Нужно ли IT-специалистам классическое университетское образование? Об этом ИА «Татар-информ» рассказали директор школы Светлана Инфимовская и IT-директор Юрий Жайворонок.

Peer-to-peer: в роли учителей в «Школе 21» выступают сами ученики

В школе не учат дедушек звонить внучкам по Skype: самому младшему ученику – 17 лет, а самому старшему – за 60

«Если ты умеешь нажимать на клавиши, ты уже практически Junior»

Татарстан имеет большой потенциал для развития IT-отрасли

Peer-to-peer: в роли учителей в «Школе 21» выступают сами ученики

Светлана, расскажите, что представляет собой проект «Школа 21»?

С.И.: Мы хотим, чтобы в стране было больше IT-шников, но не только с помощью классического образования. Нужно давать равные возможности и тем, у кого по тем или иным причинам нет возможности его получить. Хотелось бы дать им хорошую профессию в руки. Но это отнюдь не конкуренция классическим вузам, а возможность сочетать или получить профессию отдельно. Школа существует менее года, но у нас уже более 1,5 тыс. студентов. Казань станет вторым городом, где мы запустим проект. Первый – Москва.

Как появилась идея о создании школы? Как реализовывался проект на первых этапах?

С.И.: Самая первая школа появилась во Франции, и мы являемся франшизой французской «Школы 42». Особенностью школы является то, что у нас буквально 15 человек в команде на 1,5 тыс. студентов, а в пике у нас будет 3 тыс. студентов. Это достигается за счет системы peer-to-peer, где равный помогает равному, обучает и так далее. У нас действительно нет учителей, нет расписания, нет рекомендованной литературы. У нас есть перечень заданий, которые ведут тебя по правильному треку, который ты выбрал. Кому-то интересны алгоритмы, кому-то графика, кому-то Unix-разработка, кому-то кибер-безопасность. Соответственно, ты, выполняя эти проекты, становишься большим специалистом в той или иной области. Педагогический момент во многом достигается за счет того, что ты сам защищаешь свои проекты, ребята слушают тебя, дают тебе обратную связь, и таким образом ты учишься, узнаешь что-то новое и, возможно, находишь более элегантные решения той или иной задачи.

То есть, получается, что обучение удаленное?

С.И.: Нет. На самом деле школу пробовали запускать в режиме онлайн – она не летает. Она хорошо работает, если ты физически сидишь в одном помещении. Мы выяснили, что одним из важных критериев для наших слушателей является то, что они имеют доступ к зданию 24/7, в отличие от университета, где у тебя лимитированные пары, и в 9 часов вечера серьезный человек с ключами ходит и говорит: «Все, закрывайте!». У нас действительно кто-то приходит с утра, кто-то днем, кто-то вечером, а есть ребята, кто не уходит всю ночь – айтишники ночные люди.

В школе не учат дедушек звонить внучкам по Skype: самому младшему ученику – 17 лет, а самому старшему – за 60

В IT-сфере достаточно много направлений. Каким можно обучиться в «Школе 21»?

Ю.Ж: Все начинается с отборочного этапа, который длится нон-стопом четыре недели. Люди обучаются, начиная с самых азов – это языки, программирование по различным системам. Представьте себе карту метро, вы находитесь в центре и выбираете направление, по которому хотите развиваться. Соответственно, каждый сам для себя отвечает на вопрос, что ему интересно. Кому-то интересно системное программирование, кому-то администрирование серверов, кому-то написание своих игр, кому-то интересны алгоритмы. Если человек не может определиться сразу, он может попробовать себя в разных направлениях, а когда у него сложится какая-то картина, двигаться по тому направлению, которое выбрал.

С.И.: У нас, на мой взгляд, есть крайне полезная вещь, о которой мы очень долго дискутировали. Всего в школе 21 уровень. После достижения седьмого уровня у тебя наступает обязательная стажировка, которая длится от 4 до 6 месяцев, что, на мой взгляд, является большим подспорьем и для компании, и для человека. Когда ты учишься в университете, и тебя отправляют на практику или стажировку – это в целом составляет месяц. Ты посмотрел, где находится бухгалтерия, где наливают кофе, но в целом ты вряд ли проник духом компании, стал чем-то полезным. Максимум тебе объяснили какие-то простейшие вещи, и ты не можешь видеть отдачу от той работы, которую сделал, не ориентируешься, в каком направлении тебе хочется поработать. Конечно же, мы видим, что уровень зрелости у ребят, которые уже начали возвращаться с первой стажировки совсем другой.

Когда ты молод, часто не понимаешь, а что на самом деле та самая «морковь», то, к чему ты хочешь стремиться, что есть твоя цель. Поработав, ты действительно начинаешь ориентироваться в том, что тебе требуется. Мне кажется, это важно, что ты можешь понять на практике, для чего тебе знания, которые ты получил.

Какие критерии предъявляете к ученикам?

С.И.: Мой любимый вопрос. Школа открыта для всех, самое главное, чтобы у тебя был завершен твой цикл с общеобразовательной школой. Ты можешь прийти к нам, если ты бросил школу в 9-м классе. Мы не смотрим ни на ЕГЭ, ни на оценки. После того, как ты прошел два простых теста на память и логику, ты имеешь возможность попасть в тот самый «бассейн». Нам это немного сложно воспринять, когда мы с вами поступали, всегда был рейтинг. Например, контрольная цифра приема 100 человек: «Класс, я 95-й, я прошел, а ты 101-й, ты не прошел». У нас другая история, мы смотрим за динамикой человека относительно его самого. Если у него положительная динамика – есть все шансы стать нашим слушателем. Бывает, что человек показывает отрицательные результаты, что часто случается, когда люди уже умеют программировать, но им не подходит наш метод, который требует интенсивной работы и освоения нового материала.

Есть ли в «Школе 21» возрастной ценз?

С.И.: Когда мы стартовали, у нас было ограничение по возрасту от французских коллег – от 18 до 30 лет. Мы не поняли, с чем это связано и спросили, получили странный для нас ответ. После мы обсудили с коллегами, не против ли они, чтобы мы провели такой эксперимент: позвали ребят старше 50. Я очень за них переживала, думала, что надо, наверное, заказать «скорую помощь», чтобы она дежурила возле школы. В итоге у нас в обморок упал 20-летний парень. Оказалось – со стрессоустойчивостью после 50 лет полный порядок. Когда тебе 18, ты, наверное, переживаешь чуть больше. С опытом ты понимаешь, что тебе важно, ставишь свои приоритеты. Это был самый классный «бассейн», потому что ребята пронесли большую мудрость, никто из них не бросил. Мы обсудили это с коллегами из Франции, и в марте совсем отменили возрастную планку. Сейчас у нас учатся люди от 17 лет, самому старшему ученику у нас больше 60 лет.

Прелесть нашей школы в том, что мы не заигрываем с этим поколением, мы не говорим, что научим дедушку звонить внучку по Skype. Мы говорим о том, что даем человеку классную профессию. Один из наших участников сказал такую фразу: «Знаешь, работодателю все равно, кто с другой стороны монитора, мне 20 лет или 60. Важно, какой код я делаю».

Также важная деталь – половина наших слушателей ни разу не программировала до этого. У нас не требуется глубоких знаний математики или программирования. У нас учатся ребята, имеющие более 60 основных специальностей: певцы, артисты балета, юристы, экономисты, историки. Назовите мне любую профессию, я думаю, она у нас есть.

«Если ты умеешь нажимать на клавиши, ты уже практически Junior»

Получают ли ученики школы сертификат после окончания обучения? Где он котируется?

С.И.: На самом деле, мы хотим быть больше про знания, чем про бумажки. Мы часто видим, что ребята, даже не пройдя весь курс до конца, будучи страшными ленивцами, даже не пишут резюме, отправляют ссылку на GitHub (веб-сервис для хостинга IT-проектов и их совместной разработки, — прим. Т-и), где есть примеры кода, который они делают, и получают предложения о работе. Поэтому, на мой взгляд, опыт – гораздо более важная вещь, чем бумажка. Я бы скорее отказывалась от этого по причине того, что очень часто люди остаются в классических университетах, думая: «Еще годик потерплю, зато получу корочку». Нам хочется, чтобы мотивация была про знания, умения, навыки, а не про корочку.

В среднем обучение у нас занимает от 1,5 до 3,5 лет, потому что ты учишься в своем собственном ритме. У нас еще нет выпускников, ребята возвращаются со стажировок, самый большой уровень сейчас — 12-й из 21. Во Франции сейчас статистика следующая: процент нетрудоустройства у студентов с классическим университетским образованием составляет 30%. Если брать французский аналог «Школы 21» — «Школу 42», процент трудоустройства составляет 94%. Назовите мне индустрию, где сейчас не требуются IT-шники, но есть элемент лукавства – если ты умеешь нажимать на клавиши, ты уже практически Junior. Я надеюсь, что со временем открытие нескольких наших школ в России улучшит ситуацию на рынке, и ребята с классными softskills будут востребованы.

Вы не раз упомянули образование классических факультетов. По вашему мнению, нужно ли IT-специалисту профессиональное высшее образование? Нужна ли «корочка» или можно просто обучиться на курсах?

С.И.: Я часто спрашивала ребят, которые учатся на классических факультетах: «Зачем вам это?» Они говорят: «Ты понимаешь, когда я сижу дома, один в чем-то копаюсь, у меня уходит две недели, чтобы понять, как решить ту или иную задачу». Здесь мы часто видим в нашем общем потоке, если у ребят возникают проблемы, им отвечают: «Я еще не в школе, через 20 минут буду, все объясню». То есть эта система работает.

Ю.Ж.: Многих людей нашего поколения, по сути, заставили идти учиться, получить корочки. К сожалению, сейчас университет очень сильно отстает. Пока программа, которая есть в вузе, пройдет все инстанции по утверждению, на момент использования она уже будет устаревшей. Поэтому, когда человек выпускается из университета, он приходит на работу и переучивается. Технологии двигаются вперед, появляются новые библиотеки, языки, технологии, и все начинается с нуля. Если рассматривать это с точки зрения экономики, что является более рентабельным? Те люди, которые у нас учатся, те студенты, которые заканчивают, сдают наши экзамены, они очень легко находят работу.  Они приходят и уже владеют теми навыками, которые требуются для того, чтобы работать в своей области.

С.И.: Честно могу сказать, что ни я, ни Юра не являемся апологетами того, что надо отринуть все и обязательно бросить университет. Мы общаемся со студентами и уговариваем ребят точно не бросать, потому что в 18-19 лет ты вряд ли в состоянии оценить, что тебе может дать классическое образование. Мне кажется, классическому образованию немного не хватает диалога, мы это точно видим. То есть ты изучаешь какие-то вещи, но не понимаешь, к чему это будет приложено.

Мой любимый пример: практически все IT-шники мечтают «пилить» свои игры. Я понимаю причину: когда ты что-то просто пишешь, а дальше видишь фактическую реализацию, цифры превратились во что-то красивое – фракталы, есть какая-то в этом романтика. Но потом ты понимаешь, что в этом деле требуется математика или теория графов, но когда ты учился в университете, не понимал, зачем ты изучаешь те или иные теоретические вещи.

Плюс классического образования еще и в том, что оно несет свой культурный слой и определенный уровень. Все люди с естественно-научных, компьютерных факультетов не понимают и не любят обычную историю, литературу и какие-то гуманитарные вещи, хотя на самом деле они помогает человеку встроиться в то общество, в котором ему дальше жить и работать.

Татарстан имеет большой потенциал для развития IT-отрасли

Почему именно Казань стала вторым городом, где откроется «Школа 21»? Где она расположится?

С.И.: Мы очень хотели открыться в регионах: и количество заявок, и интерес со стороны регионов был высокий. Мы с Юрой, пока летели в Казань, обсуждали, что нам действительно важно количество IT-шников и компаний в регионе, важно, чтобы это было востребовано здесь и сейчас. Немного бессмысленно готовить IT-специалистов в городе N, где нет ни компаний, ни сообщества, ни тех, кто там будет учиться. Мы видим высокий потенциал в регионе, знаем много успешных IT-компаний, которые работают здесь.

Территориально мы планируем быть на улице Спартаковской. На данный момент уже открыли приемную кампанию, собираем заявки. Любой человек может зарегистрироваться на сайте, пройти тест, видеоинтервью, и дальше мы ждем кандидатов с 21 октября на физических встречах, где еще раз все покажем и расскажем. Думаю, что сделаем телемост с Москвой, где наши студенты ответят на вопросы. По примеру Москвы мы видим, насколько хорошо воспринимается информация от текущих слушателей. Сами же «бассейны» мы планируем проводить с начала февраля. До этого надо пройти остальные отборочные этапы.

Есть ли у школы планы по развитию в других городах?

С.И.: Да. Летом на Петербургском экономическом форуме мы подписали соглашение с Казанью и Новосибирском. Следующий город, в котором откроется «Школа 21», будет Новосибирск.

Peer-to-peer: в роли учителей в «Школе 21» выступают сами ученики

В школе не учат дедушек звонить внучкам по Skype: самому младшему ученику – 17 лет, а самому старшему – за 60

«Если ты умеешь нажимать на клавиши, ты уже практически Junior»

Татарстан имеет большой потенциал для развития IT-отрасли

Источник